© 2015 - 2018 КС
Яндекс.Метрика

SURVEYING COMPANY
В августе 1991-го...
С тех пор прошло ровно 25 лет... А в памяти остались
мельчайшие детали тех событий, лица людей, многих
из которых уже нет среди нас, запах крымского побережья и много
чего ещё...
Мы тогда с бывшей женой Ириной и дочкой Машей, ещё не
знавшей, что она станет известной актрисой, оказались
на территории "спецобъекта". Трёхэтажный особняк
располагался в юго-восточном углу Никитского
ботанического сада. Бдительная охрана круглосуточно охраняла
покой гостей. Лифт доставлял отдыхающих прямо на шикарный
пляж, куда посторонним вход был закрыт. Мы там общались с
певцом Сашей Градским и его очаровательной супругой Наташей.
Всё шло отлично до 15 августа, когда в наш двухкомнатный номер
"люкс" буквально не ворвался среди дня директор "отеля"
Валентин Шимановский. Заметно волнуясь, он сказал:
"Андрей! Ты извини...Вам надо срочно переехать на второй
этаж, номер для вас там уже подготовлен. А сюда через пару часов приедет министр внутренних дел товарищ Пуго!". Немного подумав, я Валентину ответил так: "Хорошо. Жена с дочкой сейчас соберут вещи и переедут. А я встречу Бориса Карловича тут, мы же с ним лично знакомы. Надо только обновить содержимое холодильника.". К вечеру стало ясно, что Б.К. Пуго не приедет. Он срочно вылетел в Москву.
На следующий день ко мне подошёл офицер из "органов", недавно работавший в охране правительственного объекта в Форосе. Там в это время отдыхал М.С. Горбачёв со своей семьёй. Капитан отошёл со мной в сторону и спросил: «А Вы в Москву не собираетесь? Стоит поторопиться, иначе опоздаете...".
Вечером семнадцатого августа, прервав отпуск, мы уже ехали в Москву. Вагон был типа "СВ", душ и туалет был общим с соседями, пожилой супружеской парой. Профессор оказался заядлым шахматистом, предложил мне сыграть с ним, не сказав, что является мастером спорта. Играли часа четыре, победа далась мне с большим трудом. Уже вечером восемнадцатого августа поезд оказался в Подмосковье. Ужинали вместе с соседями...И тут я заметил за вагонным окном танковую колонну, идущую к Москве. Нас не зря учили на Высших офицерских курсах "Выстрел", с первого взгляда стало понятно, что танки были заправлены "под завязку", похоже и боекомплект был загружен. "Как бы путча не случилось..." сказал я. Ирина захохотала и сообщила нашим соседям, что я долго служил на Флоте, работал в Африке, поэтому способен нести всякую чушь. Утром 19 августа бывшая жена уже не смеялась, увидев на экране ТВ "Лебединое озеро"...
А я отправился в Кремль, куда меня не пустили, сказав, что введены какие-то новые "спецпропуска". На Васильевском спуске и на набережной стояли танки и БТРы. Офицеров не было ни одного, по словам танкистов, все они еще утром ушли на какое-то совещание, но так оттуда пока и не вернулись. Вид у солдат и сержантов был растерянный... Вечером отправился к зданию Верховного Совета РСФСР. Там собрались тысячи людей, в основном молодых. Некоторые выглядели "уставшими"... Другие притащили из окрестных домов кучи металлолома, наивно думая, что это поможет остановить танки "путчистов". Система охраны здания была очень примитивной, во всяком случае никто не помешал мне вечером открыть окно первого этажа. Ночью неоднократно через динамики сообщали тревожную информацию о приближении бронетехники. Потом три молодых парня погибли под гусеницами в тоннеле на Садовом кольце. Вроде бы, других жертв тогда не было…С тех пор прошло 25 лет…
Постоянно в СМИ, вспоминая пресс-конференцию членов ГКЧП, акцентируют внимание на трясущихся руках вице-президента СССР Г.И. Янаева. Я работал с Геннадием Ивановичем несколько лет, когда он был Председателем Комитета молодёжных организаций СССР. Среди сотрудников этой весьма специфической организации я не знаю ни одного, кто бы не испытывал уважения к нашему руководителю. Конечно, он был строг с нами, но это шло нам только на пользу.
Спустя два с небольшим года танки Ельцына прямой наводкой расстреляли Верховный Совет России. Сколько тогда погибло там людей никто точно так и не знает. Почему-то кажется, что у организаторов государственного переворота в октябре 1993 года руки уж точно не тряслись. Как и во времена вскоре последовавших двух кровавых чеченских войн…

Андрей Андреев. Член Союза писателей и Союза журналистов России.